22.11.11

Старт экспедиции. Дар-эс-Салам, Багамойо. Занзибар

В этот раз мы отправились путешествовать по двум странам Африки – по Танзании и Руанде. На сегодняшний день это относительно доступные страны Африки с чрезвычайно пестрой смесью исторических слоев.  Это был главный аргумент за выбор этих стран как объекта для исследовательской «параллели». Это полудикие и местами небезопасные деревни датогов, масаев, иракв, горова,  живые и уснувшие города, останки доисторических культур, первые древнейшие свидетельства человека (более 8 тысяч лет назад, а некоторые утверждают, что и более 200 тысяч). Ожидается, что мы увидим редкостные симбиозы животного мира, чудесным образом возникшие внутри высокогорных кратеров. Будут встречи с  необычными  для европейского сознания моделями бизнеса и многое другое. Все это означает, что на этой новой для нас территории предостаточно «материи» не только для удивления и восхищения, но и для анализа фундаментальных закономерностей развития, за которыми мы, собственно, и отправляемся.

Наша команда – 11 человек. Это менеджеры и собственники бизнеса с хорошим управленческим опытом , зрелыми взглядами на бизнес, на развитие и глубоким интересом к жизни. По мере нашего движения по стране команда прирастает новыми членами из местного населения  J

Первый этап экспедиции – сбор в Дар эс Саламе. Все сложилось замечательно, хотя и с сюрпризами. Один чемодан не «прилетел» из Амстердама. Он нагнал нас на Занзибаре – дальше едем с полным вооружением. А его не мало. Кроме обычных вещей везем с собой серьезный склад медицинских препаратов, репеллентов. Все сделали прививки от желтой лихорадки (это обязательно), кое-кто - от малярии, брюшного тифа и прочей дряни. Те, кто идет в экстрим – несут с собой еще и горное снаряжение.

Как сложилось уже в истории «параллелей», в этот раз состоятся две части маршрута – основная и экстрим-часть. Сейчас мы движемся все вместе. Дорожки наши разойдутся еще не скоро.

День на акклиматизацию в Дар эс Саламе. Затем отправляемся на остров Занзибар через небольшой портовый городок Багамойо. Интересно все.

Мы у истоков человечества. Трудно верить – мы привыкли к другой картине мира. Но местные карты показывают – отсюда начался длинный путь homo sapiens по планете. Мы решили повторить его первую часть – отправляемся на северо-запад Танзании.

И что мы видим…

Первые страницы – долгий, неспешный путь становления красивой, тонкой, наивной как сама природа  культуры радостного танца человечества

 В нем видится открытое и любовное отношение ко всякому живому существу. Нигде нам так не были рады, как в этой колыбели первочеловека. Однако, ничто не вечно…

На другой странице  - гримасы ужаса. Европа и  Америка уже почти забыли, что выгребли из этой колыбели более 70 миллионов человек на собственные нужды. Но здесь рабство очень хорошо помнят. Богомойо  в переводе на суахили – означает «оставь свое сердце». Обратной дороги для попавших в цепь работорговли не было. На Занзибаре караваны кораблей ежедневно увозили с материка сотни полуживых чернокожих танцоров жизни.

Любой гид непременно покажет на место, где еще недавно шла торговля рабами, на то место, куда в колодец сваливали непроданный за день товар...  Неликвиды не оставляли. Века эти прошли, но осадок остался – истерзанная центральная Африка медленно восстанавливает свой генофонд, свою социальную активность, свое доверие миру. Это видно повсюду.

Однако, жизнь продолжается. На месте пристани с догами, наполненными живым товаром, теперь мирные рыбаки.

Но белый человек здесь все еще вызывает настороженность…

Но и любопытство …

И вновь доверие…

Удивительная страна, удивительные люди, удивительные события истории и уроки развития

Пока их не много – мы только начали свои исследования. Но в дневниках уже кое-что появляется:

• Не бывает непротиворечивого развития. Устойчивое поступательное, монотонно возрастающее качество жизни – это заблуждение. Любая активность жизни тратится в противоречиях. История Африки переполнена примерами печальных и радостных игр полярностей.

• Природа, скажем, деятельности, пущенная на самотек, медленно наращивает размах своих полярных плеч, устремляясь к новому качеству жизни . От племенного уклада она неспешно переходит к общинному, от общинного к кооперативному и как-то далее. Но искусный менеджмент способен как ускорять этот процесс, так и тормозить его. На примере Танзании заметно, что иностранный бизнес ведет свои дела здесь как бы параллельно развитию страны. Он занимается сам собой, сильно не заботясь развитием колыбели человечества. Эту же картину можно наблюдать и в некоторых наших компаниях – бизнес, увеличивая обороты капитала, не увеличивает обороты маховика качества жизни персонала, да и самих собственников.

• Для толчка любого дела должен быть инсталлирован диалог. В широком смысле это диалог культур. В узком смысле – хотя бы такой, каким здесь начинается любая встреча: Jambo – Mambo – Hujambo – Sijambo – Vipi – Poa  - Hakuna matata… и дело пойдет…

• Развитию нужны открытые площадки. Не обязательно это площадки для коммуникаций с внешним миром. Их вполне могут заменять мощные внутренние коммуникации. Но закрытые, изолированные целостности не развиваются. Нужен энергообмен, обмен ресурсами, взглядами, моделями поведения. Показательно, что прибрежные этносы, имеющие выходы к торговым путям, развиваются быстрее народностей в центральной части материка.

• Развитие движется интересом. В человеке природа заложила гигантские возможности для развития. Их надо освобождать, возбуждая интерес к деятельности. Если так смотреть на менеджмент, то он открывается удивительными откровениями

Наблюдения продолжаются уже на материке. На двух джипах мы отправляемся по северным провинциям и национальным паркам Танзании в сторону Руанды

Усамбара (провинция народности Shambali), Аруша и далее Нгоронгоро, Серенгети, Олдувай. По пути заедем в деревню масаев. Потом свернем в центральные районы Танзании в живые деревни датогов.

Машины и водители надежны, проводники интересны, население встречает нас радостными желтыми ладошками детей и  улыбками расписных красавиц

Hakuna matata!

Горная Усамбара

В Усамбаре мы поселились в небольшом высокогорном лодже на краю двухкилометрового обрыва. С высоты парящей птицы открывался  прекрасный вид на горы и предгорную саванну. Успев почти к закату солнца, мы все же смогли насладиться видами

Над горной грядой возвышалась снежная шапка Килиманджаро.  Еще дома, в Москве был огромный соблазн сделать экстрим-часть экспедиции в виде восхождения на эту красавицу Африки. Одно название чего стоит  - Ки-ли-ман-джа-ро… Но мы отказались. Восхождение потребовало бы серьезной подготовки и специальных навыков. Не многие менеджеры могли бы  принять участие в этом путешествии. Мы выбрали другую гору -  заснувший вулкан Меру. Но это будет позже.

Утром познакомились с хозяевами лоджа. Ими оказались два добродушных голландца, поселившиеся здесь несколько лет назад с красивой идеей – затеять дело, которое одновременно наполнило бы их сердца и помогло бы развитию танзанийцев ближайшей округи. В их планах - инсталляция экологических проектов, в которых могли бы участвовать местные жители, развиваясь и обучаясь в деле так, чтобы с этим опытом они могли бы развивать собственные дела и улучшать жизнь. Хорошая идея – развивать жителей, а не использовать их как ресурс для собственной выгоды. Хорошая и … не простая.

В  беседе с Германом узнали, что такое «вести бизнес по-танзанийски». Надо сказать, что Танзания входит в первую десятку беднейших стран. Это означает хотя бы то, что развитие страны – ближайшая задача правительства.  И вот короткий перечень условий ведения бизнеса

• Коррупция

• Уродливые законы с огромным количеством запретов

• Парализующая бюрократия

• Сложное налогообложение

• Очень дорогая банковская система

• Низкая профессиональная компетентность чиновников

• Ориентация на скорую выгоду узкого круга заинтересованных лиц

• Сильные таможенные барьеры

• Слабое внимание к образованию

• Семейственность  в государственном управлении

Понятно и наглядно, что бизнес в таких условиях задыхается, среднего класса не возникает, население не может выйти к производящему типу экономики, глубинные районы остаются жить в патриархальном укладе ведения хозяйства. Вам это ничего не напоминает?

И все же жизнь движется. Некоторые проекты удаются. Известно, что у людей, окрыленных светлой идеей,  от трудностей интерес к жизни усиливается . С восхищением повязав хозяевам эко-приюта наши традиционные платочки с эмблемой ЖИВОЙ ПАРАЛЛЛЕЛИ, мы отправились дальше.

Все же заботлив Господь ко всем плодам своего творчества.  Жизнь в деревнях вальсирует в неспешном ритме, оставляя место наивной радости, труду и учебе.

Как и всюду выскакивают на переменках школьники, забросив свои тетрадки и сумки. Только в классах сидят не по 20 человек, а по 120.

И дома каждого из них ждут не только мама с папой, но еще по 4-5 братиков и сестренок.

И географические карты у них почти такие же, как и у всех. Только рисуют их прямо на стене школы.

И учитель у них строгий, но добрый.

Все у них как у людей.

И есть и будет будет им счастье!

 Все же много необычного есть в том, что мы видим и сознаем:

• Общинный характер деятельности (и, кстати,  собственности) создает возможности для местечковых успехов, но не помогает созданию такой кооперации, которая бы стала мощным деловым ресурсом и условием для появления сильных развивающих проектов

• С  давних времен  здесь существует еще влияние неких, скажем по аналогии так, шаманских сил, сдерживающих активность отдельных личностей. Эдакое «принуждение традицией» не позволяет «вальсу развития» приобрести широкий размах. Отчего и темп приращения нового не велик

• Легкость, в какую здесь вступают в диалог, создает замечательную возможнось для совместного творчества. Но продуктивности творчества всегда нужны организационные формы. Их здесь не много

• Каждая народность живет в том контексте, в тех условиях, которые сложились. Змеледельцы – пашут, сководы – пасут, рыболовы – рыбачат. Отчего вслед за разнообразием сложившихся условий мы видим разнообразие интересных. этносов. Но здесь почти нет управления контекстом, а, следовательно, нет и управления разнообразием и векторами развития. А посему  ведется оно упрощенно и медленно. Но зато сохраняются все краски, которыми Бог раскрашивает мир. А что лучше?

• Там, где размах плеч   бизнеса слаб, не возникает  тех свобод, которые могли бы сложиться в вектора действительного подъема нации. Все врозь, все ради небольшого успеха завтра, все сдержанно и неспешно. У таких наций мало будущего на завтра. Но зато у них много будущего на послезавтра, на те времена, когда уставшие от бега цивилизации свалятся между своими пластмассовыми грядкам. Здесь все натурально -  искусственное приживается чрезвычано медленно. Наверное, природа так сохраняет саму себя от технологического безумства.

И от всего естественного и бесхитростного нам здесь хорошо.

Женщины здесь сохраняют женственность и милые сердцу заботы.

Зебры вместе с антилопами, косулями и другими жителями равнин грациозно бредут к местам ночлега, не сильно заботясь о завтрашнем дне – саванна его им даст.

Жирафы доверчиво бродят возле наших домиков, заглядывая в глаза…

Уже второй день мы в захватывающем сафари по кратеру застывшего вулкана и  по саванне, переполненных диковинными животными. Они свободны и прекрасны. И совершенно понятно, что так же прекрасны могут быть люди. Но только на свободе.

Еще день в саванне и поворачиваем на юг. В танзанийскую глубинку.

2.12.11

В национальных парках Танзании

Нгоронгоро…

Произнесите «нгорон-нгорон-нгорон…» и вы почти услышите звук колокольчиков, которыми масаи обвешивали свои многочисленные стада. Сейчас так называется чудесное место на планете – территория застывших миллион лет назад  вулканов в Танзании.

На машинах мы сначала поднялись на высоту около 2000 метров, а потом спустились на дно провалившегося кратера. Это круглая площадка диаметром 20 километров. С края кратера ее видно почти всю. На этой почти замкнутой территории, кажется, нет ничего – лишь редкие деревца, небольшие озера, болотца. Одно огромное поле. Трудно поверить, что на этом блюдце неспешно  эволюционируя уже миллион лет уживаются тысячи животных.

Грациозные жирафы. Все мы сошлись на том, что это самое красивое животное на свете. Представьте рядом с собой и почти над собой этих безобидных длинноногих гигантов с детскими глазами, пушистыми рожками и фиолетовым языком… Они едва помещаются в наши фотоаппараты.

Вместе с нами на них очень серьезно  смотрят бабуины… И тоже восхищаются. Но неявно. Здесь они, наверное, самые озабоченные.

Все остальные звери, похоже, просто наслаждаются жизнью. Удивительно, что наслаждение жизнью исходит и от хищников, и от их потенциальных жертв. Конечно же, самые вальяжные существа здесь – это львы. Действительно, живут семьями (прадами). Действительно, хозяева саванн. Для них полщадка Нгоронгоро- рай. Короткая охота, пиршество и долгое наслаждение сытым покоем…

У бегемотов тоже, кажется, совершенно нет забот.

Нам встретилась только одна охотничья погоня. Это были молодые гепарды, гонявшие огромное стадо антилоп гну. И то, кажется, это был спектакль, настолько медленно, как в замедленной съемке стадо разбегалось, потом сходилось, разворачивалось на хищников, потом снова разбегалось…

Совершенно понятно, что без вмешательства человека природа может существовать вечно. Животным не приходит в голову, например, есть, когда ты сыт. Или, убивать кого-то от ненависти и неприязни. Или строить для себя или добывать  что-либо, превосходящее объективную нужду.

Вообще-то из сафари по Нгоронгоро и по другому заповеднику – Серенгети мы вынесли  не много уроков для понимания развития. Скорее всего, получили подтверждение простым играм полярностей. Здесь как и всюду полюса: хищник – жертва; полигамия – моногамия, стадность – индивидуализм; сон – бодрствование и так далее.  Наши дневники наблюдений здесь пополнились не сильно, но флэшки фотоаппаратов захлебнулись. Спустившись с гор, нам пришлось их разгружать на наутбуки и планшетники. Но ясно одно –однажды каждый человек должен здесь побывать.

Наверх D

3.12.11

В деревенской глубинке

После путешествия по национальным паркам наша команда отправилась к человеческим жилищам в глубинку Танзании. За три дня мы побывали в деревнях нескольких народностей: у датогов, у иракв, у горова и у масаев. Все это разные культуры. Как разные миры.

Вот кузнец. Кузнецом был его дед, прадед, прапрапрадед… Кузнецом будет старший сын (всего девять детей). Это семейство делает из металла все, что нужно для жителей большого района. На наших глазах нам выпекли простые браслеты, пику для копья, еще что-то. Вот так, на корточках  уже сотни лет здесь льют металл. И наверное, еще сотню будут лить. Технологии сюда не приходят. Они остаются с теми, кто приходит в Африку за ресурсом, а не за развитием. Например, все дороги здесь делают китайцы, привлекая местных жителей как рабочую силу.  Но дороги хорошие. Скажем, наша трасса «Е95» под Торжком отдыхает.

Необыкновенно интересно было наблюдать за танцами разных народностей. Все они очень  непосредственно отражают ментальность народов. Скотоводческие народности в танцах высоко прыгают. В этих прыжках выражается  многое: призыв мужчины; выбор женщины; здоровье и сила; готовность к труду; готовность к созданию семьи.

Земледельческие народности танцуют по-другому… В их танцах можно узнать об их деятельности, об отношениях,о проблемах, об историях, создающих героев…

Оказалось, что мы как менеджеры тоже можем многое. Прыгали мы не хуже – местным жителям нравилось. Из лука пострелять – пожалуйста.  Немного тренировки и мы были бы на равных. Но и они те еще … мазилы.

Гордые масаи преподнесли нам хороший урок. Плясать для нас они отказались – с какой стати? Мы поняли, что сами не были готовы к встрече с глубинным самосознанием, с помощью которого масаи покорили огромную территорию и вытеснили другие народности со своей земли. С ними все получилось не просто. Теперь нам кажется, что это мы у них были на смотринах, а не они у нас. К ним мы еще пойдем и попробуем прожить вместе хотя бы короткое время. Может быть, поймем что-то о себе…

Вот несколько записей в наших дневниках наблюдений уклада и быта жителей африканской глубинки:

• Становление чего бы то ни было должно происходить заметными скачками через преодоления преград. При управлении развитием подчиненных нужно создавать ступени инициаций, подобные тем, которые совершаются над масайскими мальчиками. Их раскрашенные лица – знак того, что они становятся мужчинами.

• Быт, скорость развития, характер деятельности существенно определяются нашей ментальностью. Параллель между народами иракв, датогов, масаев и нами приводит к пониманию, что культура ламинтации («плача»), которая отличает россиян, никогда не создаст победителей. Победителями вырастают смеющиеся.

• Любая деятельность, любой проект могут считаться завершенными только тогда, когда они создали возмущения или, лучше сказать, изменения в наших головах и сердцах. Безмозглые, бессердечные проекты не развивают

• По примеру католической миссии  в Басоте понятно, что одна только одухотворяющая деятельность без труда над силами природы и без разрешения земных проблем мирян слаба. Одухотворение должно быть равно по мощности приземлению. Преобладание одного над другим пагубно.

• С другой стороны, бизнес, как и всякая деятельность, нуждается в идеализации. Плоды деятельности должны высекать искры новых смыслов. Иначе все подобно животному существованию.

• Развитие народа, компании, любой социальной целостности сильно сдерживает отсутствие живой  рефлексии собственного пути. Дым, который создается массовиками-затейниками от информации (СМИ), застилает глаза и сдерживает необходимое для развития осознание происходящего. Бег с закрытыми глазами никогда не создает приращений качества жизни.

И, пожалуй, наиболее глубокое наблюдение от встреч с африканцами состоит в том, что живого, откровенного в нас становится почему-то меньше.

Взгляните в лица подростков…

Понаблюдайте за молчаливым мудрецом-помощником кузнеца…

Или вот это…

В каждой деревне нас здесь встречают и провожают десятки живых, радостно-исследующих  глаз.

За окнами машины непрерывно мелькают приветственные  ладошки улыбающихся жителей. И мы тоже им машем непрерывно.

Живое откликается на живое… Мы тоже смеемся

Мы узнали, что по дороге  из Серенгети, которой мы возвращались из заповедника, ливнями размыло трассу и снесло машину с двумя путешественниками и водителем. Они погибли.

С нами все в порядке, если не считать возникающих простуд и комариных укусов. Однажды пришлось сделать  проверку на малярию, Но, слава Богу, все обошлось. В этот раз в нашей команде есть врач – Сергей Гольцов. С ним надежно. Правда, по маршруту ему приходится подлечивать местных жителей, но и команде внимание достается.

Здесь в головах  африканцев есть некая доминанта, оставшаяся от колониальных времен. Она звучит примерно так: «Что ты как белый человек сделал для Африки?».  Пока мы только полюбили ее. Она оказалась совсем не той Африкой, которую мы воображали себе.

Однако, мы уже в Руанде. Занятия продолжаются.

Вчера встречались с гориллами. Под проливным дождем, по хлюпающей жиже пробирались к ним через густые джунгли. Заглянули в глаза предкам… Очень милые существа. Грустные. Тол и от того, что отстали от нас по дорожке. То ли от того, что жалеют нас.

Завтра  будет эмоционально сложный день – идем в музей геноцида, который состоялся здесь в 1994 году. И уже скоро домой…  

Руанда

Небольшой самолет авиалиний Руанды (замечу – это единственная африканская компания, которая смогла пробиться на рынок авиаперевозок) плавно погрузил нас в горную прохладу африканской Швейцарии.

Страна расположена в красивых, сочных красками, ухоженных ручками руандийских тружеников, обрамленных изгибами серпантинов горах. Здесь начинаются истоки Нила и многих других рек.

Здесь живут такие же радостные и добродушные люди, как и в Танзании. Только радость их не настолько близка к поверхности отношений. Это след недавнего геноцида, спровоцированного просвещенной Европой в маленькой и самостоятельной стране.

Но, как говорят старики, «где вода была, там она будет». Страна быстро возвращает свое здоровье. Мы побывали в Кигальском институте науки и технологий, побродили по хорошо оснащенным лабораториям. Правда, в них пока не хватает специалистов и реактивов, но все нарастает.

Познакомились с замыслами о развитии образования, науки и технологий в стране. По всему видно, что управление страной совершают любящие ее люди. Здесь принимаются только те проекты иностранцев, которые оставляют в стране развивающие следы в виде технологий, компетентных граждан, действующих технологических площадок.

В стране работают законы. Это позволяет развиваться бизнесу – он не растворяется в семейственных отношениях и в чиновничьих сетях. После кровавых событий 1994 года правительство не допускает даже малейших проявлений коррупции.  Деятельность в стране осуществляется под внимательным и, как нам показалось, заботливым присмотром полиции. Здесь, как и во многих странах, по которым проходила «ЖИВАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ», полицейский – друг. Если у тебя есть проблема – свободно обращайся к человеку с ружьем.  

В центре страны есть красивейшее озеро Киву. Мы провели на его берегу всего одну ночь, но очень душевную. Вам не приходилось просыпаться под песни рыбаков, бодрящих друг друга на рассвете незнакомыми мелодиями? Это завораживает… создавая ощущение ласкового покоя, которого у нас уже почти и нет.

Состоялся-таки поход к гориллам. Чтобы увидеть этих ближайших родственников человека и побыть в их семье 40 минут (дольше нельзя – здесь берегут покой не только людей), приходится пробираться по джунглям до 4-х часов. И это не считая того, что забронировать поход к гориллам нам пришлось за полгода до встречи.

Нам повезло – под проливным дождем, в сопровождении рейнджеров с автоматами Калашникова и проводников с мачете  мы шли около двух часов. Нас поделили на две группы и каждую повели к разным семьям. В Руанде осталось не больше восьми семей этих милейших существ. Да и на всей планете их не намного больше.

В общем, мы успели увидеть это чудо.  Посмотрите и вы…

Гориллы к нам не проявляли, казалось, никакого интереса. Хотя, наверное, это не так. Просто проводники умеют разговаривать с ними. При приближении к семейству, они издавали звуки, которые обозначали примерно следующее: «Мы, люди. Мы не несем угрозы для вас. Позвольте нам немного побыть с вами…».

Почти в полном молчании мы могли наблюдать трогательные отношения между родителями и детьми, неспешный завтрак…

Правда, в одной группе молодой самец подошел к рейнджеру с мачете и резко повернул  ему руку. Вывих не сильный, но ощутимый. Мы расценили это как знак недовольства: «Коли пришли как исследователи, то зачем мачете?!» В каждой семье мы видели покалеченных животных. Кто-то попадал в капканы охотников, кто-то пострадал в поединках. Нигде нет покоя на белом свете… Разве что у озера, где поют руандийские рыбаки.

Потом был музей геноцида. Легко говорить об этом невозможно.

За сто дней было уничтожено около миллиона человек. По рекам, которые вытекали за пределы Руанды, в эти кровавые дни выносило по 70 трупов в час. Так мир узнал о том, что происходит в стране.

Вот несколько заметок из наших тетрадок:

«Геноцид или любое другое кровавое побоище можно сделать в любом месте планеты. Для этого достаточно следующего:

• Вооружиться идеей о неполноценности какой-либо социальной группы, как это сделали бельгийцы во время своего колониального правления

• Разделить людей на группы, раскрасив их в противоположные цвета

• Забросить в души мысль о необходимости очищения территории от инаковых

• Мобилизовать СМИ на раздувание ветра «освобождения»

• Вооружить отряды безмогзлопреданных по примеру французских инструкторов спецназа

• Спровоцировать старт начала расправ

• Поддерживать огонь «очищения»

Непостижимо, как удалось остановить  расправы людей над людьми! Но все это сделали сами граждане Руанды под сильным управлением вождей и без помощи добродетелей от  Старого мудрого Света. И сейчас, спустя 15 лет после чудовищных событий, на одной улице могут жить рядом и убийцы и жертвы. Но все подчинено одному примирению. Здесь под страхом сурового наказания запрещено разделять в народе две народности, поднявшиеся друг против друга. Однако, тотальный запрет на разделение не распространяется на одно место. В музее геноцида обо всем этом рассказывается и показывается. Люди должны помнить о том, что они сотворили, чтобы не повторять трагедий. Уроки истории не должны стираться, чтобы давать нам шанс становиться сильнее.

Перед жителями Руанды состоялись публичные покаяния тех, кто участвовал в разжигании трагедии. Это стало началом  очищения и возрождения духа подавленного народа.

Теперь здесь мир. Он снова раскрашен живыми улыбками, разноцветьем глаз, кожи, узорами на ладонях…

Почти вся мужская часть нашей команды повлюблялась в местных красавиц. Но это же тоже проходит, как и все на свете…

А нас здесь зовут mzungi. Что означает «человек без кожи» J.

Прощай, Руанда!

Вечерние посиделки команды… Завтра разлетаемся. И грустно, и хорошо!

 Кигали – Найроби (это Кения) и дальше по своим дорожкам. Кто-то летит через Париж, кто-то через Амстердам… История с блуждающими чемоданами продолжается, но это уже весело.

Трое возвращаются в Танзанию. Для них (для нас) начинается экстрим-часть экспедиции.

В Аруши (Танзания) нас уже ждали ребята, слетевшиеся на экстрим. Это бывалые путешественники – участники экспедиций прошлых лет. Нас снова 10 человек – девять мужчин и одна женщина. Отличная команда!

Все – руководители компаний, бывшие и нынешние студенты МВА-программы ЛИНК.

Глаза наши смотрят вверх, за облака, над которыми возвышается Меру.

Восхождение уже состоялось. Все вернулись живыми и победителями!  Но об этом - впереди.

А сейчас мы готовимся к новой истории. Это будет погружение в уклад живой деревни масаев. Рюкзаки уложены, машины на старте…

Идем дальше.

10.12.11

Восхождение. Экстрим-часть

Восхождение на Меру началось очень быстро. Встретившись поздно ночью и накоротко познакомившись, уже рано утром команда отправилась к подножию горы.  

Теперь, когда все позади, мы  размышляем о том, правильно ли это было – пойти на серьезный штурм, не пройдя закономерных фаз командообразования. С одной стороны, действительно, не все были знакомы. Ринардас (Вильнюс), Сергей и Энвер (оба из Москвы) были знакомы по экспедиции в Бразилию. Николай (Самара) – участник ЖИВОЙ ПАРАЛЛЕЛИ со стажем (Камбоджа, Перу, Боливия), но в этом составе впервые. Точно так же Андрей (Донецк) – ходил в Аргентину, но из команды не знал никого. Андрей и Дмитрий (Нижний Новгород) бывали в Мексике, Гватемале, Белизе, ходили в экстрим по Эль-Мирадору, но тоже не знали прежде остальных.  Трое остались на экстрим после основной части экспедиции (прилетели из Руанды). Словом, команды как таковой еще не было. Но за то, чтобы не беспокоиться о согласовании командных ролей, было два шанса: во-первых, все – опытные путешественники, знающие правила экспедиции и, во-вторых, практически все – выпускники МВА ЛИНК, то есть, хорошо знакомые с законами командного поведения. К тому же времени на командные игры не было.

Собрав нужное снаряжение, мы выехали в национальный парк «Аруша», откуда и начинался старт на гору.

Перед началом движения еще разок обсудили цели.  Это было не сложно – согласование интересов происходило в виртуальной сети еще до вылета в Африку. Чего мы хотели?

1. Испытать себя в сложных условиях. Все же подъем на 4566 метров – это не простая прогулка. Разумеется, для опытных альпинистов это не высота. Но для менеджеров, замотанных управленческими задачами, большую часть времени проводящих не в горах, а в офисах, это должно было стать хорошей встряской организму.

2. Вывести себя из зоны комфорта, чтобы понять свои дремлющие возможности. Мало кто знает, как каждый из нас поведет себя в необычных условиях

3. Побыть в команде сильных духом

4. Напитаться новыми, необычными, яркими картинами живой планеты.

Первая часть маршрута оказалась не сложной. Сначала это была равнинная саванна, по которой свободно бродят буйволы, жирафы, зебры, кабаны, обезьяны… Живое место Африки.

Дальше начинались лиственные леса, над которыми поднималась гора Меру. В обрамлении облаков она казалась нам чудовищным каменным забором.

Это заводило!

Переход до первого лагеря (на высоте 2500 метров) проходил по тенистым лесам и показался не сложным. Создавалось впечатление, что состоится спокойная прогулка, которую мы пройдем припеваючи, веселя друг друга анекдотами и историями из бизнеса. И правда, идти было интересно – в команде собрались руководители из совершенно различных отраслей.

Было о чем поговорить.

Проводников – помощников было много. Впереди шел рейнджер с винтовкой (это на случай встречи с опасным зверем). Сзади – главный проводник и руководитель команды носильщиков (Андерсен). Были носильщики, повара, охранники… Всего больше 20 человек. Это нормально. Наверное, под другие цели состав команды и сопровождения был бы другим.

Но на третий день восхождения мы оценили профессионализм наших помощников – все было сделано грамотно.

Первая ночевка в лагере. Все замечательно – прекрасный ужин, душевные разговоры о событиях дня…. Поутру -  переход во второй лагерь (3500 метров). Тоже не очень сложно, хотя тропа становилась все круче и круче. После шестичасового перехода мы сделали короткий отдых и пошли на первую вершину. Наша цель - Малая Меру (высота 3852 метра).

Начался сильный дождь и холодный ветер. Пришлось идти в облаках, из которых откуда-то снизу возникали холодные струи.  Дыхание усложнилось. Остановки приходилось делать чаще. Сама вершина и подножие горы скрывались в густом тумане. Однако, есть  первая ПОБЕДА!

Разумеется, это не покорение вершины. Совершенно ясно, что здесь покоряются не горы, а что-то упругое и вредное в нас.

Спуск к лагерю прошел спокойно. Поужинав, мы рано легли спать, поскольку самое главное восхождение на Большую Меру должно было начаться ночью.

Ночью прошел сильнейший ливень, но к намеченному старту он закончился. Подъем в ноль часов и - в путь. Первая часть штурма шла, как мы увидели уже на обратном пути, через лес древовидного вереска. В полной ночи, просвечивая фонариками облака, мы двигались вверх по извилистой тропе. В какой-то миг открылось небо. Тяжело переводя дыхание, мы молча смотрели на незнакомое звездное небо в росчерках метеоритов… Красота неземная.

Историческая справка от Ринардаса: «В мифологии древних индуистов, буддистов, аскетичных джайнов горе Меру (она же гора Сумеру) придается выдающееся значение. Она расценивается в древней индийской мифологии как центр земного мира. Меру почитается как жилище богов. Однако, на карте Индии не имеется объекта, с соответствующим описанием одиночной конусообразной горы, соответствующей высоты. Но такая гора, точнее, потухший вулкан высотой 4566 метров существует в Африке, причем, издревле, с незапамятных времен, откуда пришли слова племенных наречий, называется Меру. Она высится над экватором, что соответствует индийскому описанию центра мира».

А дальше началось…  Медленное, жутковатое переползание по мокрой каменной стене с сильным уклоном. Фонарики высвечивали бездну, отчего их хотелось немедленно выключить. Потом началось, казалось, бесконечное движение по гребню, обсыпанному вулканическим пеплом. На высоте около 4000 метров у двоих из нашей команды началась горная болезнь. Оказалось, что это сильная головная боль вместе с головокружением и тошнотой. Сергей (врач) замерил давление, пульс, дал каких-то таблеток и мы двинулись дальше. Но не долго. Через несколько десятков метров стало ясно, что двоим придется вернуться в лагерь. Андерсен повел их вниз.

Остальные двинулись дальше.

Стало холодно. Дыхание давалось  все сложнее. Но одновременно с этим усиливалось внимание к своим движениям, к состоянию, кажется, каждой молекулы.  В этот период сама цель – подняться на вершину, практически у всех потеряла первостепенное значение. Началась работа с деталями. Важно было делать только верные шаги, согласованные с дыханием – остальное не важно. Впоследствии мы все согласились – в движении к успеху есть периоды, когда большая цель отходит как бы на второй план, уступая место тактикам. И их надо делать с полной отдачей.  

Кажется, про этот случай писал Мераб Мамардашвили: «Есть такие цели, которые нельзя ставить, чтобы их достичь».

Мы просто шли и это все, что мы делали.

Начинался рассвет…

На противоположном краю Вселенной открылся чудный, космический вид на Килиманджаро. Ее вершина тоже парила над облаками, поблескивая снежниками. Проводники рассказали нам, что, хотя эта гора и выше нашей Меру, но восхождение на нее полегче. Хотя, в эту минуту мы не могли еще сравнивать что-либо. Мы просто шли, отрабатывая каждый шаг.

Гребни сменялись каменными россыпями и стенками…

За каким-то поворотом открылась вершина Меру… Лучше бы это произошло позже. До нее, казалось, нужно будет идти вечность… Это была сильная точка мобилизации духа.

Из записей Ринардаса: «В отношении африканских племен, населяющих плодородные земли у подножия Меру и дождевой тропический лес на ее склонах, издревле считают ее жилищем богов. К слову сказать, одного из этих богов африканских племен называют Мурунга, а одного из Богов южной Индии называют Муруга. В современном индийском наречии слово меру означает выражение величия, великолепия»

Последний участок оказался самым сложным. К этому времени команда наша сильно растянулась. Но с каждой маленькой группкой или даже с одним человеком шли рядом и внимательно наблюдали наши проводники. Это было очень правильно сделано. Ты шел сам, но видел человека, идущего рядом. Так легче.

Ближе к вершине еще одному человеку стало плохо. Он остановился. Уже внизу, анализируя все ситуации, мы пришли к мнению, что остановка и прекращение восхождения – это тоже мужественный шаг. Этот шаг спасает команду, спасает тебя, фиксирует в тебе понимание твоей Меры, переводит риск в работу сознания о необходимости собственного роста… В этом шаге много от того, что философы называют экзистенцией. Кому не знакомо это состояние?

Вот и вершина… Последние метры практически у всех совершались не на повторении каких-то техник и приемов, а на волевом подъеме – «Я все равно дойду!»

Наверное, мы что-то делали не так, пренебрегая осторожностью в этом финальном броске. Но, видно, Небеса  и боги Меру в тот миг любили нас за наивность и отчаянье – никто не пострадал.

Награда за восхождение - краски мира под нами…  Это безнадежно несказуемое…

На вершине опытный восходитель, совершил с нами обряд посвящения. Мы с жаром отдались его доброй руке.

А потом – обратная дорога… Вот, тут-то и начался экстрим!

Для большинства из нас это оказалось тяжелее подъема...

Но, получилось все хорошо ! Все живы и не искалечены. А затвердевшие мышцы на ногах... это проходит.

После возвращения на базу и небольшого отдыха мы сделали спуск еще на тысячу метров по высоте в первый лагерь и только там уже заночевали.

Из записей: «Национальный парк вокруг Меру открывается как загадочный и околдовывающий мир тенистых горных джунглей, водопадов, ведьминых великанов-деревьев с ногами и волосами, озер… И все это как нельзя лучше передает мистическое значение этой горы. Пышная растительность и богатейший животный мир свидетельствуют о том, что это места необычайно благотворной жизненной силы, образующейся при уравновешивании двух энергетических составляющих, называемых в китайской медицине yang  и  yin. Так же, как и у нас, у планеты есть два типа энергии и от их равновесия зависит как здоровье планеты, так и состояние людей. Это влияет на сенсорные и даже магические способности людей. Восточная Африка славится колдунами, использующими силы этой земли и всего того, что растет на ней, для чародейских ритуалов»

Утром спуск продолжился. По дороге мы свернули к водопадам….

Прохладное блаженство – прощальный поцелуй богов Меру.

Внизу нас встретили как победителей: поздравления, сертификаты, бокс-ланч и даже холодное пиво. Жизнь удалась!

Теперь размышляем – что это было? На знамени ЖИВОЙ ПАРАЛЛЕЛИ несколько новых записей:

• Африка как начало большого пути!

• Очень крутая ПАРАЛЛЕЛЬ! И крутое познание Меры…

Ночь в хорошем отеле и снова вглубь культурной толщи. Идем к масаям.

Наверх  D

12.12.11

Снова у масаев

Вторую попытку познакомиться с культурой народности масаи мы делали уже наученными уроками предыдущей неудачи. Теперь мы сознавали, что в прошлый раз пришли к ним не как люди к людям, а как какие-то небожители к отставшим в пути туземцам. Согласитесь, кому понравится, когда гости вместо рукопожатий и традиционных африканских раскланиваний (джамбо – мамбо - худжамбо – сиджамбо - поа…)  выставляют впереди себя стволы фотоаппаратов и затворы дневниковых блокнотов?

Разумеется, это не понравится никому и, тем более, гордым, воинственным масаям, вырастающим в условиях дикой, не очень дружелюбной саванны.  Конечно же, они знают, что есть какая-то другая цивилизация, есть белые люди, есть мобильные телефоны, машины, деньги… Но это же ничего не значит!

Справка: Масаи – полукочуюущая народность центрально-восточной Африки, занятая исключительно разведением скота.  Масаи пришли сюда с севера (предположительно, с районов Эфиопии) около 300 лет назад, вытеснив с пастбищ другие народности. По мифам масав они происходят от львов. Это верование проецируется на уклад жизни и культуру масайских племен. До недавнего времени, и в некоторых местах и сейчас мужчины носят длинные волосы (как львы),  а женщины их сбривают. Главным противником и одновременно союзником у масаев являются львы. Масаи считают, что весь скот исконно принадлежит им и поэтому часто отнимают коров у других племен и даже у своих.

Забавный диалог с масаем передал нам наш проводник Александр. Однажды ему пришлось ночевать в саванне под открытым небом. Естественно, возникли опасения - а вдруг придет лев? На что сопровождавший его масай ответил примерно так: «Не бойся. Если придет лев, то я выйду к нему и поговорю. Я скажу ему, что он лев и я лев. Если он нападет на меня, то я вынужден буду сражаться. Тогда один из нас убьет другого. Давай не будем этого делать – зачем нам эти проблемы?!»

Воинственным, твердым характером обладают не только мужчины, но и женщины. Хотя главенствующую роль в племенах играют мужчины.

Мальчики с раннего возраста научаются пасти скот зачастую вдали от жилища. Так, у одного из встретившихся нам масая, около 200 коров пасется на расстоянии двухчасовой езды на машине от дома.

С малого возраста и до конца жизни мальчики ходят по саванне со своеобразным оружием – палками, дубинками и кинжалами.

Женщины занимаются выращиванием детей, ведением незамысловатого хозяйства, доят коров, шьют одежды, делают украшения. Так было, так есть и так еще долго будет.

Мы шли к масаям с вопросами, на которые получали точные  ответы…

- что для вас означает развитие?

- чтобы было больше коров.

- можно ли уйти в город и жить там?

- можно, но не надолго – там нельзя пасти коров.

- надо ли детям учиться в школе?

- да, старший сын пойдет в школу. Потом он вернется и будет помогать племени делать свое исконное дело.

- знаете ли вы свою историю? Сколько поколений назад вы помните?

- я помню дедушку и прадедушку. Дальше не помню. Но история у нас есть. Посмотрите в свой интернет – там, наверное, написано про это.

- зачем тебе три жены?

- чтобы было больше детей. Тогда мы сможем пасти больше коров…

- можно ли жениться на женщине из другого племени, или на белой женщине?

-можно если она любит коров.

Мы приехали к ним с подарками. По пути в деревню заехали в супермаркет в Аруши и купили много чая, простой посуды, конфет, мешок сахара, карандаши и другую мелочь. Все это было с радостью принято и быстро разнесено по глиняным избушкам с соломенными крышами.   После всего этого нам, обновленным новым подходом к диалогу культур, они были искренне рады, хотя и не сразу.

Нам позволили фотографировать все, что захотим.

Мы заглядывали  в домики, трогали утварь, украшения (мужчины и женщины носят очень много украшений. Это сильно отличает масаев внешностью от других народностей и служит им своеобразным брендом).

Вечером для нас разожгли костер. Мы сидели с ними в большом круге, вели беседы (в переводе с масайского на суахили и с суахили на русский). Мальчики устроили песнопения с танцами, которые состоят из высоких прыжков. Мы тоже попрыгали с ними, вооружившись их оружием. И напоследок мы спели «Десятый наш десантный батальон». Всем понравилось.

Все это – большая удача. Как оказалось, не каждый африканист (исследователь Африки)  имел такую роскошную возможность – побыть в живом общении с этой инаковой, диковинной культурой, позадавать свои вопросы, узнать, что под воинственной оболочкой у этих, как кажется, марсиан, бьются очень добрые сердца землян удивительного континента – колыбели человечества.

Между некоторыми из нас и ими завязалась трогательная дружба, возникли симпатии.  Мы перемешались за трапезой и в беседах, для которых не нужны были переводчики.

Подобно тому, как раскрываются лепестки души женщины, которая чувствует и сознает, что любима, навстречу нам раскрылись масаи.

Пока мы бродили по их поселкам, женщины собирались вместе и что-то плели из своего бисера. Это их обычное занятие, в котором мы увидели только будничность.

Но оказалось, что они плели свои  драгоценности для нас. На прощанье женщины украсили нам руки,  ноги, плечи… Мужчины нашей команды совершенно размякли.  Но, разумеется, виду не подали.

Настоящие масаи не плачут

Они просто спешат сделать добро, чтобы  не отягощать свое сердце несотворенной радостью.

На следующий день мы уехали в город, оставив в масайской саванне сердца. Вот уж, действительно, багамойо…

Вечером, пережив это дело, мы все сошлись на том, что увидели Африку, о которой никогда не догадывались. Вместо  расхожего «не ходите, дети, в Африку гулять…», каждый из нас понял – это  чудесное место на планете, где живут красивые душой и телом люди, которые как умеют, так и строят свое счастье. И не надо мешать им совершать свой танец эволюции. Возможно, в своем неспешном вальсе они переживут наш просвещенный мир, так и не умеющий ясно ответить на вопрос: что для вас означает развитие?

Будучи здесь на одной кофейной плантации, мы спросили здешнего гида: а есть ли у Танзании национальная идея? Наш улыбчивый друг легко ответил:

- Конечно есть! Жить в радости, любви и счастье одновременно всем 126 народностям нашей Танзании. И мы к этому идем!

Мы уже смотрим в сторону дома… Последний обед в небольшом китайском ресторанчике на улице Аруши.

Сегодня воскресенье. На  улице непрерывно звучат трубы и барабаны. Это свадебные кортежи, в которых танцует счастливая публика. А с обочин дорог все им машут желтыми ладошками. И в ответ  с бортов открытых автомобилей: Jambooooooo…

Так закончилась ЖИВАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ 2011!

Все продолжается…

Андрей Теслинов