Мастерская концептуального мышления

Андрея Теслинова

Главная >> Статьи >> Две традиции истолкования >>

Смотри раздел "Книги"

Теслинов А. Г. Две традиции истолкования смыслов // Информационные технологии в науке, образовании, телекоммуникации и бизнесе: Материалы XXXIV  Международной конференции IT+SE`2007 ¾ Украина, Крым, Ялта – Гурзуф, 20 – 30 мая 2007 г. ¾ Гурзуф, 2007.С.243-245

Две традиции истолкования смыслов

In the report the basic contradictions between humanitarian and natural-science traditions of work with the senses are explained. The sense of sense is discussed, the processes of forming the senses are explored, the comparison of approaches to work with the senses is carried out. It is made clear, that humanitarian tradition deals with generating the senses, but natural-science tradition – with extracting the senses from some possible multitude. This gives various and sometimes irreconcilable character to the discussions concerning the logics of cognizing the reality. The results of the research allow to explain complicated situations, arising on the borders of humanitarian and natural-science knowledge.

 

 Ведение

В  вопросе о смыслах соединяются линии многих противоречий и, прежде всего, интеллектуальной борьбы за утверждение особенного понимания концепта, концептуальных технологий. Существо этой полемики состоит в противопоставлении концепта как логической категории (концепт как содержание термина, как понятие) и концепта, как семантической категории (концепт как «схваченный» мыслителем смысл речи).

С позиции «смысловиков» взгляд  «логиков» прост и наивен. Он сводится к приписыванию концептам неких универсальных существенных отличительных признаков «вещей», которыми они якобы обладают «от природы». В противоположность этой позиции «смысловой» взгляд на концепты приписывает им принципиально коммуникативную и одушевленную природу с целью вернуть им связь со смыслами, которую они в логической ипостаси якобы не имеют. Концепт здесь – «состоявшаяся речь», плод душевно-интеллектуального процесса, плод осознанного понимания речи, в которой смыслы целиком не извлекаются из слов дискуссии, а зависят от интонаций, поведения, намеков участников дискуссии, от многих психических явлений, сопровождающих речевые акты [2]. 

Расставим позиции в этой полемике через обращение к смыслу смысла. 

Смысл смысла

 В гуманитарной риторике смыслу придается статус «вещи в себе». Здесь смысл - это такое нечто, которое принципиально связано только с речью, с языком, с дискурсом. Второе существенное замечание гуманитариев относительно смысла таково: смысл противостоит значению. Здесь смысл – это нечто глубинное, объемное,  а значение – нечто конкретное, узкое, сиюминутное, это частный случай, который при нужде можно вывести из смысла. Иными словами: смысл – это не значение.

В гуманитарной логике смысл должно понимать как то, что содержит мысль, противостоит абсурду, обладает содержанием, возникает в акте номинации (означивания) и представляется в концептах и специфических высказываниях, функционирует в межличностном  в диалоге, существует в душевно-мыслительном пространстве и зависит от ситуации и контекста употребления высказывания [3]. Этот гуманитарный образ смысла можно уподобить некоему подвижному облаку идей. В этом облаке есть, во-первых,  нечто, имеющее ситуационное, нечто контекстуально значимое. А, во-вторых, в нем есть некое убегающее разнообразие значений, разнообразие «немодифицированных объективностей», потенциально имеющих отношение к постигаемому, но не проговоренных, не выделенных сознанием, а только признаваемых им.

В  концептуальных техниках дело обстоит совершенно иначе (табл.1). Здесь смысл  выступает как конкретное содержательное значение, которое приобретает явление в конкретной когнитивной ситуации. Смысл «вещей» может быть и должен выражаться в концептах как в содержании понятий. Именно это и позволяет «работать» со смыслом как с неким генератором идей, которые он способен породить при своей развертке. В концептуальных техниках признается бесконечный горизонт «таких» смыслов-значений, которыми обладает любая «вещь». И чем сложнее «вещь», тем горизонт этот шире. Но то, то должно быть «схвачено» сознанием концептуалиста, имеет хотя и разнообразное, но вполне конкретное значение.

Таблица 1. Сопоставление двух взглядов на смыслы и концепты

О  смыслообразовании

Уже  состоялась (в герменевтике) дискуссия о множественности смыслов, которые можно найти в любом знаке, слове, явлении [4]. Сущностное (не техническое) преодоление этой множественности происходит тогда, когда искатель смысла находит в себе силы остановить поток возможностей, поток возможных взглядов, точек зрения, подходов к явлению, осознав конкретное бытие, а не бытие вообще.

Из философии известно, что первое условие «схватывания» смысла – это сознательное, управление границами мира. Второе - связано с опорой на  природу понятий. Известно [5],  что «схватывание» смысла происходит через его логическое, его понятийное «нащупывание». В понятиях, в совокупности существенных отличительных признаков того или иного явления так или иначе, выражаются наши чувственные и идеальные представления,  наши различительные способности, наш наличный уровень интеллектуальной, культурной и духовной зрелости и глупости. Понятие  – феномен социальный. Понятия  есть социальная форма постижения бытия и в первую очередь – социального бытия.

Третье условие смыслообразования – это выполнение мышлением особенной работы с содержанием наших интуиций – с их уяснением. Эта работа связана не столько с «непосредственным смотрением» на явления, сколько с осознаванием  интуиций, с их отбором, с детальным углублением в их содержание, с уяснением связей между теми различениями, которые приносят нам интуиции. В эти моменты наше сознание трудится   в пограничных областях между наглядным – ненаглядным, ясным – туманным, расплывчатым – резким, близким – далеким, подразумеваемым – очевидным и т.д. Картину смыслорождения можно представить как процесс, в ходе которого управляемые неким осознанным контекстом мыслительные операции превращают содержание интуиций из расплывчатого облака во все более отчетливые фигуры.

Две традиции искусства истолкования

Первая традиция истолкования отчетливо проявляется в искусстве художественного творчества. Речь идет об искусстве толкования художественных текстов. При этом часто бывает так, что автор не вкладывал в текст того смысла, который нашел читатель. Это возможно по причине того, что, во-первых,  текст как сложный объект выступает здесь и везде генератором смыслов, а, во-вторых, толкователь текста – это смыслорождающая «машина». И чем изысканней текст, чем богаче различительные способности его читателя, тем больше смыслов может родиться от их союза.

Это смыслопорождающая традиция истолкования. Высоким искусством здесь считается мастерство порождения изысканных смыслов, а лучше еще и  таких, которых доселе не было. Это традиция размножающего, дифференциального,  дивергентного истолкования. «Вектор» ее устремлен к неуправляемому расширению разнообразия смыслов. Объект ее наслаждения – полифония.  Это художественная традиция истолкования.

Другая традиция истолкования связана с искусством извлечения и, главное, отбора  смыслов из сложных явлений, хотя бы и из текстов [1].  Это истолкование смыслоизвлекающее. Это традиция селектирующего, конвергентного истолкования. Ее «вектор» направлен от полифонии и интертекстуальности к точным смыслам-значениям, к действительным смыслам, а не к их облаку-заместителю. Ее надежды – концептуальная расчистка смыслового пространства. Объект ее наслаждения – чистый «звук» в полифонии значений.  Это концептуальная традиция истолкования.

У  художественного текста и, скажем, текста научного совершенно разные назначения. Отчего и язык научного текста строг и с художественной точки зрения примитивен – он не должен приводить к разночтениям и к многообразию интерпретаций. Если признать, что между художественными и научными текстами расположены все другие явления жизни,  то можно указать место концептуальной традиции истолкования  так: оно уместно там, где во всем этом поле возникает необходимость понять нечто, обусловленное задачей  постижения. Концептуальный подход нужен только тогда и там, где и когда  возникает вопрос «как мы это будем понимать для того чтобы…?».

При истолковании явления в концептуальной традиции происходит работа по выделению в явлении некоторых значимых для нас свойств и отвлечению незначимых. У этой работы есть  название  - это абстрагирование. Работа по истолкованию данности – это работа по восхождению от конкретного к абстрактному. Смысл – это всегда абстракция.

Заключение

Обоснование различий между двумя традициями в истолковании смыслов позволяет объяснять расхождения, которые возникают между представителями различных традиций, работающих в одной исследовательской команде. С другой  стороны, это позволяет обосновывать состав исследовательских команд с учетом особенностей стоящих перед ними когнитивных задач. Кроме того, полученные результаты сопоставления традиций работы со смыслами позволяют установить место концептуальным техникам в познавательных процессах.

Литература

1. Михайлова Ю.Б., Никаноров С.П. Методика выделения концепций из авторских текстов/ Подмножество – М.: Концепт, 1996,№ 4,. С. 19-30.

2. Неретина С.С. Слово и текст в средневековой культуре. Концептуализм Абеляра. – М.: Гнозис, 1994. С. 74.

3. Теоретическая культурология (Серия «энциклопедия културологии»). – М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга; РИК, 2005. 230 С.

4. Шлейермахер Ф. Герменевтика. – Перевод с нем. А.Л. Вольского. – СПб.: «Европейский дом», 2004. – 242 с.

5. Шпет Г. Мысль и Слово.  Избранные труды. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОСПЭН), 2005. С. 77.

2010

Андрей Теслинов

Резюме >>

(499) 161-78-24

Обратная связь